Дата публикации: | Источник: Материалы Радио Свобода (2016), судебные акты, показания сторон
История, развернувшаяся в 2014–2016 годах в Подмосковье, стала учебным примером того, как бытовая неосторожность сотрудника правоохранительных органов может обрушить тщательно выстроенное обвинительное дело. В центре скандала — утерянный служебный (или личный, используемый в служебных целях) мобильный телефон следователя Следственного отдела (СО) ОВД Можайского района лейтенанта юстиции Анастасии Баряевой.
Устройство попало к жене одного из обвиняемых, Инессе Бирюковой. В памяти телефона и мессенджерах WhatsApp и Viber обнаружилась переписка следователя с коллегами и руководством, которая безостановочно подтвердила: дело по угону автомобиля BMW X6 было сфабриковано «под заказ», а вина задержанных — Филиппа Романова и Сергея Буланова, не доказана, но искусственно создавалась для отчетности.
Хронология событий: От угона к задержанию «с поличным»
Ночь пропажи: 25–26 марта 2014 года
- Место: Подземный гараж элитного жилого комплекса на М*ском шоссе (адрес частично скрыт).
- Похищено: Два автомобиля — BMW X5 и BMW X6.
- Реакция полиции: BMW X6 найдена в тот же день благодаря маячку охранной системы. Похищенный BMW X5 искать не стали — уголовное дело по нему не возбуждали.
Задержание: 26 марта 2014 года, поселок Краснознаменский Щелковского района
Через сутки после угона, около 16:00, Филипп Романов и Сергей Буланов были задержаны у подъезда дома, где Романов снимал квартиру с женой Инессой и её дочерью.
Версия оперативников (старшие лейтенанты С. Белова и А. Тутушкина): Изначально в протоколах зафиксировано, что задержанные были пойманы «возле машины». Позже показания изменились: якобы Романов и Буланов успели сесть в салон (Романов за рулем, Буланов — пассажир), и Романов открыл машину электронным ключом.
Версия защиты: Задержанные не садились в машину, ключей от BMW у них не было. Алиби подтверждалось свидетелями (жителями поселка), однако суд в показаниях очевидцев усомнился, предпочтя версию полиции.
Содержимое телефона: «Доказухи 0, алиби есть, короче полная жопа»
Самое ценное доказательство невиновности оказалось не в материалах дела, а в личной переписке следователя А. Баряевой. Ниже приводятся ключевые фрагменты (орфография и пунктуация сохранены по оригиналу источника).
Признание бессмысленности дела (3 апреля 2014 г.)
«И вообще это дело по бэхе жесть какое стремное, доказухи 0, алиби есть, свидетелей нет, короче полная жопа и я уже начинаю думать что и правдп они ее не пли, а прост пую купили…»
Следователь открыто признается подруге (имя скрыто — *), что верит в невиновность задержанных, но вынуждена работать на результат.
Роль руководителя: Майор юстиции Елена Кашкарина
В переписке прослеживается давление со стороны начальника СО майора юстиции Елены Кашкариной (далее — Е. К.):
«…я вообще изначально их даже арестовывать не хотела а кашкарина тип ни, похер, выходи с ходатайством. И * обвинение по 158… при этом кашкарина так хитро эопу свою прикрыла… 91 выписывали я и она. Потом я взяла выходной после суток, она одна там была с ними, обвинение не предъявила а типа согласовала ход-во на арест, а с недоказанным обвинением сучара меня отправила!»
- СОГ — следственно-оперативная группа.
- Ст. 91 УПК РФ, основания для задержания подозреваемого.
- Ст. 158 УК РФ — кража.
Баряева жалуется, что Кашкарина переложила на неё (молодого следователя со стажем полгода и без наставника) ответственность за необоснованное обвинение и ходатайство об аресте.
Цензура и подгонка протоколов
В переписке обсуждается необходимость «подправить» показания оперативников (Белова и Тутушкина), чтобы версия задержания «в салоне» выглядела правдоподобно, несмотря на реальные обстоятельства.
Процессуальные нарушения, выявленные благодаря телефону
- Фальсификация протоколов задержания (ст. 91 УПК РФ): Протоколы составлены с нарушением времени и места фактического задержания, подписаны под диктовку руководства.
- Отсутствие оснований для возбуждения дела: Следователь заранее знала об отсутствии доказательств («доказухи 0»), тем не менее поддерживала обвинение.
- Нарушение права на защиту: Игнорирование показаний свидетелей защиты (жителей поселка), подтверждавших версию задержания на улице.
- Психологическое давление на следователя: Начальник СО (Кашкарина) использовала подчиненную как «громоотвод», не подписывая обвинительное заключение лично.
- Использование личных гаджетов в служебных целях: Ведение служебной переписки в открытых мессенджерах (WhatsApp, Viber) на личном телефоне, что привело к утечке гостайны/следтайны.
Судьба участников скандала
| Участник | Роль | |
|---|---|---|
| Анастасия Баряева | Следователь СО ОВД Можайского р-на (лейтенант юстиции) | После разоблачения уволилась/переведена. В отношении неё проводилась служебная проверка. Уголовное дело за фальсификацию (ст. 303 УК РФ) — данные о возбуждении в открытых источниках противоречивы. |
| Елена Кашкарина | Начальник СО ОВД Можайского р-на (майор юстиции) | Ключевая фигура давления. По данным Свободы, продолжала службу. Материалы проверки по факту подлога — без публичного результата. |
| Станислав Белов, Александр Тутушкин | Оперативники (ст. лейтенанты) | Давали ложные показания в суде (изменили версию задержания). Проверка за заведомо ложные показания (ст. 307 УК РФ) — информация отсутствует. |
| Филипп Романов, Сергей Буланов | Обвиняемые (подозреваемые) | Провели в СИЗО/под арестом около года. После появления доказательств фальсификации дело должно было быть прекращено или переквалифицировано. Судьба уголовного дела по ст. 158 УК РФ — прекращено за нереабилитирующими основаниями (требует уточнения по актуальным судебным базам). |
| Инесса Бирюкова | Жена Филиппа Романова | Инициировала проверку, передала телефон в СМИ/прокуратуру. Стала символом борьбы за справедливость. |
Юридический анализ: Что это значит для практики?
Доказательная сила переписки в мессенджерах
Судебная практика последних лет (Постановления Пленума ВС РФ) признает электронную переписку допустимым доказательством (ст. 84 УПК РФ), если установлено её происхождение и сохранность. В данном случае телефон был физически изъят защитой и представлен как вещдок; Экспертиза подтвердила подлинность аккаунтов и отсутствие редактирования.
Ответственность следователя и руководителя
- Ст. 303 УК РФ (Фальсификация доказательств): Состав преступления налицо — сознательное представление ложных данных (протоколов задержания, показаний оперативников) в материалы дела.
- Ст. 286 УК РФ (Превышение должностных полномочий): Действия Кашкарины, заставившей подчиненную выносить незаконное процессуальное решение (ходатайство об аресте), подпадают под данную статью.
- Ст. 305 УК РФ (Вынесение заведомо несправедливого приговора/определения): Если суд все же вынес приговор на основе фальсифицированных материалов, ответственность несут и судьи, но инициаторами являются следователь и прокурор.
Проблема «наставничества» и стажа
Жалоба Баряевой на отсутствие наставника при стаже 6 месяцев раскрывает системную проблему: молодые следователи бросаются в сложные дела без контроля, становясь удобным инструментом для «решения показателей» руководством.
История с «потерянным телефоном следователя Баряевой» — это не просто курьез, а маркер глубоких системных дефектов:
- Культура «палочки» побеждает закон: Необходимость «раскрыть» угон за месяц привела к задержанию случайных людей и фальсификации.
- Цифровая гигиена сотрудников МВД = 0: Использование личных телефонов и публичных мессенджеров для обсуждения хода расследования, давления на подчиненных и координации фальсификаций — грубейшее нарушение инструкций по защите гостайны и служебной информации.
- Незащищенность следователя: Молодой сотрудник, не имеющий наставника и правовой поддержки, становится заложником волеизъявления начальника.
- Роль гражданского общества и СМИ: Без журналистского расследования (корреспондент Радио Свободы) и настойчивости Инессы Бирюковой материалы телефона так и остались бы в тени.
Что необходимо сделать (дежурное, но актуальное):
- Внедрить строгий запрет на обсуждение хода расследования в несертифицированных каналах связи (WhatsApp, Viber, Telegram) — только защищенные контуры ГОССИ/ВПН МВД.
- Обеспечить реальное наставничество для сотрудников со стажем до 3 лет с правом вето на незаконные поручения руководителя.
- Автоматизировать контроль за составлением протоколов задержания (фото/видео фиксация места и времени с привязкой к ГЛОНАСС/ГПС).
- Вводить уголовную ответственность за «потерю» служебных гаджетов с доступом к материалам дела (халатность, ст. 293 УК РФ).
Эпилог
Телефон следователя Баряевой стал «черным ящиком», записавшим последние мгновения жизни честности в одном из участковых управлений Подмосковья. Этот случай напоминает: в эпоху тотальной цифровизации любая фальсификация оставляет след. Главное, найти тот, кто его прочитает, и обеспечить правовую оценку тем, кто думал, что «телефон потерян, дело сгорело».
Материал подготовлен на основе открытых данных Радио Свобода (2016) и судебной практики. Персональные данные третьих лиц (адреса проживания, контактные телефоны, фамилии непубличных свидетелей) скрыты в соответствии с законодательством о персональных данных (152-ФЗ).