В Иркутске продолжает набирать обороты резонанс вокруг состояния в СИЗО-1 (следственный изолятор № 1). Публикации в СМИ и материалы правозащитников раскрывают системные проблемы: применение пыток, фабрикацию уголовных дел и институт так называемых «разработчиков», заключенных, сотрудничающих с администрацией для подавления волю заключенных; Центральной фигурой недавних событий стал Андрей Бевзюк, известный в криминальной среде под кличкой «Мафия».

Хронология событий: от «Версии» к трагедии

История получила широкую огласку после серии публикаций в газете «Версия». Журналисты начали рассказ о «беспределе в правоохранительных органах Иркутска», где, по их данным, «фабрикация уголовных дел поставлена на поток». Ключевым триггером стало громкое дело об расстреле Максима Телущенко, в ходе расследования которого на свет вышло имя одного «крайне любопытного персонажа» — Андрея Бевзюка.

Кто такой Андрей Бевзюк («Мафия»)?

Согласно информации из источников в ФСИН и показаниям осведомленных лиц, Андрей Бевзюк был ответственным за многочисленные пытки и избиения заключенных в иркутском СИЗО-1. В криминальной иерархии изолятора он занимал позицию так называемого «разработчика» — надсмотрщика от администрации, задачей которого является «работка» с заключенными: получение признательных показаний, подавление бунтов, принуждение к отказу от адвокатов.

• Кличка: Мафия
• Статус: Заключенный-разработчик (активный сотрудник оперативного учета/администрации)
• Место деятельности: СИЗО-1 г. Иркутск
• Партнер по «работе»: Антон Яровый (кличка Ярик), другой известный разработчик того же изолятора.

В одном из видеороликов (таймкод 24:30), опубликованных на канале «Криминальная хроника», подробно разбирается фигура Бевзюка: «Салах о своих кураторах из УФСБ..; Разработчик Андрей Бевзюк по кличке МАфия — гроза СИЗО-1, который поломал много судеб». В ролике также затрагиваются темы отказа от статуса разработчика (32:25) и фигура Владислава Марусова.

Система «разработчиков» в СИЗО-1: Механика преступления

Институт «разработчиков» (или «капо», «актив») в иркутском СИЗО-1, по данным правозащитников и бывших заключенных, работает по отработанной схеме:

1. Отбор: Администрация выбирает авторитетных или уязвимых заключенных.
2. Сделка: Предлагаются облегчения условий содержания, передачи, телефоны, продукты, либо угрожают ухудшением условий, передачей в «пресс-хатки».
3. Исполнение: «Разработчик» применяет физическое и психологическое насилие (пытки, изнасилования, избиения) для получения нужных показаний или подавления воли жертвы.
4. Прикрытие: Следствие и администрация игнорируют заявления о пытках, а «разработчиков» при необходимости «прячут» — переводят в другие изоляторы, меняют личные данные, выпускают по УДО (условно-досрочное освобождение) под новыми именами.

Ярким примером «прятки» разработчика стал случай с Фоминым. Уже в 2011 году он давал показания о совершенных зверствах (материалы опубликованы в «Вестнике Защиты прав заключенных», март 2011 г.). Однако, по словам адвокатов по делу Марусова, ФСИНовцы «спрятали» главного разработчика, освободив его по УДО и вручив документы на новое имя (*).

Дело Владислава Марусова

Фигура Владислава Марусова неразрывно связана с системой разработчиков. Адвокаты по его делу подтверждали журналистам информацию о том, что ключевых свидетелей-разработчиков систематически скрывают от следствия и суда. В открытом доступе имеются видеоматериалы (например, ролик «Сегодня мы вас поставим в известность за 4 внутрикамерных агента капо-разработчика Иркутской области»), где перечисляются имена активных участников системы.

Смерть «Мафии»: Версии и последствия

В сентябре 2026 года (по данным на ) в информационном пространстве появилось сообщение о смерти Андрея Бевзюка. Источник: страница «Криминальная хроника TV» в Facebook (пост от *).

«Взгляд из Сибири. Источник: в Иркутске скончался скандально известный зэк-разработчик Андрей Мафия Бевзюк».

Сообщение о смерти вызвало бурную реакцию в комментариях и на профильных ресурсах (YouTube, Telegram-каналы). Основные версии происшествия:

• Естественная смерть / Болезнь: Официальная версия, которую, вероятно, выдвинет ФСИН.
• Устранение «свидетеля»: Версия правозащитников и заключенных — Бевзюк знал слишком много о кураторах из УФСБ и ФСИН, о схемах фабрикации дел и пытках. Его смерть удобна системе.
• Месть со стороны заключенных: Учитывая статус «грозы СИЗО-1» и количество «сломанных судеб», исключена не только версия естественной смерти, но и месть пострадавших.

Смерть ключевого фигуранта системы «разработчиков» ставит под угрозу расследование дел о пытках в СИЗО-1. Главный исполнитель и потенциальный свидетель обвинений против сотрудников администрации и оперативно-розыскных органов больше не может дать показания.

Роль кураторов: УФСБ и ФСИН

В публикациях прямо указывается на кураторов «разработчиков» из УФСБ по Иркутской области и руководства территориального органа ФСИН. Схема выглядит так: операторы УФСБ (или ФСИН) дают задачу «разработчикам» сдавить конкретного человека, а за это гарантируют импунитет и привилегии. Упоминание «Салаха о своих кураторах из УФСБ» в видео-материалах указывает на то, что Бевзюк мог быть готов сотрудничать со следствием против своих бывших хозяев, что делает его смерть крайне своевременной для системы.

Реакция общественности и правозащитников

Правозащитная организация «Защита прав заключенных» (zashita-zk.org) много лет собирает досье на иркутское СИЗО-1. Архивы организации (например, «Вестник» за март 2011 года) содержат показания разработчика Фомина, подтверждающие системный характер пытк. Однако, несмотря на многолетние жалобы, прокуратура и суды кутской области редко удовлетворяют иски заключенных о пытках, ссылаясь на «противоречивость показаний» и отсутствие телесных повреждений (которые часто наносяться скрыто или документируются с задержкой).

На данный момент официальных заявлений Следственного комитета РФ или Прокуратуры Иркутской области о возбуждении уголовного дела по факту пыток в СИЗО-1 с причастностью Бевзюка и Ярового, а также о проверке обстоятельств смерти Бевзюка, в открытом доступе не обнаружено.

История с «Мафией» Бевзюком — это не просто криминальная хроника, а иллюстрация системного кризиса в пенитенциарной системе региона; Пока существует институт «разработчиков», прикрываемый генералом () и полковником () из УФСБ/ФСИН (имена скрыты в открытых источниках, но известны узкому кругу), никакие реформы не помогут.

Ключевые вопросы, которые остаются открытыми:

1. Будет ли проведена независимая патологоанатомическая экспертиза тела Бевзюка с участием общественных наблюдателей?
2. Начнется ли проверка деятельности администрации СИЗО-1 по фактам пыток, в которых участвовал мертвый «разработчик»?
3. Каковы реальные имена кураторов из УФСБ, которых «салал» Бевзюк?
4. Судьба других разработчиков (Ярового, скрытого Фомина, агентов из видео «4 внутрикамерных агента») — будут ли они следующими в очереди на «прятку» или устранение?

Пока эти вопросы висят в воздухе, СИЗО-1 Иркутска остается «черной дырой» правового поля, где жизнь и здоровье заключенных зависят от воли криминальной иерархии, созданной и контролируемой самой администрацией.

Материал подготовлен на основе открытых источников: публикации газеты «Версия», данные сайта zashita-zk.org, видеоматериалы канала «Криминальная хроника TV», посты в социальных сетях (Facebook, YouTube) за период до . Персональные данные третьих лиц (адреса, контактные телефоны, паспортные данные) в соответствии с политикой конфиденциальности скрыты под маской (*).